Благодаря прогрессу, случившемуся в ревматологии, люди, страдающие тяжёлыми воспалительными ревматическими заболеваниями, получили шанс на продолжение нормальной жизни.

Наш эксперт – академик РАН, научный руководитель НИИ ревматологии им. В. А. Насоновой, — президент Общероссийской общественной организации «Ассоциация ревматологов России», главный внештатный специалист-ревматолог Мин­здрава РФ Евгений Насонов.

Узкое окно возможности

Елена Нечаенко, «АиФ Здоровье»: Как много россиян страдают ревматоидным артритом – наиболее частым из воспалительных ревматических заболеваний?

Евгений Насонов: Сегодня у нас более 800 тыс. таких пациентов, и ежегодно регистрируется не менее 30 тыс. впервые заболевших. Болезнь может начаться в любом возрасте, но обычно возникает от 35 до 55 лет, чаще – у женщин. Это заболевание неизлечимо, но его можно успешно контролировать. Для этого необходимо как можно раньше начинать лечение препаратами с доказанной эффективностью. Ведь период времени, в течение которого такая терапия даёт максимальный эффект (так называемое окно возможности), довольно непродолжительный. Если упустить время, самые современные лекарства будут не столь эффективны, как в начале болезни. Также важно осознать, что самолечение недопустимо, оно может привести к фатальным последствиям.

– С каких проявлений болезнь чаще всего начинается?

– Обычно это боль, припухлость и скованность суставов кистей и стоп, могут быть небольшая лихорадка, общая слабость, чувство усталости и депрессия.

Воспаление – главный враг

– Ревматоидный артрит разрушает только суставы?

– Нет, это системное заболевание, которое может поражать все органы и ткани, особенно часто сосуды, лёгкие, кости. Кроме того, повышается чувствительность к различным простудным (интеркуррентным) инфекциям. Можно сказать, что болезнь разрушает всю жизнь человека, т. к. она приводит к утрате способности к передвижению, самообслуживанию и в конечном счёте к сокращению продолжительности жизни. Без адекватного лечения 40% больных в течение 5 лет становятся инвалидами.

– Почему возникает болезнь? Можно ли её как-то предупредить?

– В основе этого, да и многих других тяжёлых хронических заболеваний, лежит один универсальный механизм – воспаление. Сегодня к воспалительным болезням относят и атеросклероз сосудов (основная причина летальности в мире), и остео­пороз, и даже некоторые формы рака. Недаром XXI в. называют веком хронических воспалительных заболеваний. Природа хронического воспаления связана с нарушениями иммунитета, которые, в свою очередь, могут быть обусловлены многими причинами, среди которых: инфекции, стрессы, вредные привычки (в первую очередь курение), неправильное питание, ведущее к ожирению, генетическая предрасположенность (кровные родственники пациентов чаще страдают воспалительными болезнями) и масса других пока не до конца изученных факторов. Поэтому в настоящее время предот­вратить развитие ревматоидного ­артрита невозможно.

Один за всех, все за одного

– Почему ревматологию называют молодой наукой? Ведь люди страдали ревматическими болезнями всегда (вспомним ­яркие описания подагры у классиков).

– Да, это так, но как самостоятельная медицинская специальность ревматология сформировалась сравнительно недавно. Её днём рождения считают 1948 г., когда американский ревматолог Фи́лип Шо́уолтер Хенч и его коллеги впервые применили по-настоящему эффективные противо­воспалительные лекарства – глюкокортикоидные гормоны, за что в 1950 г. стали ­нобелевскими лауреатами. А до этого, на рубеже XIX и XX вв., был синтезирован другой уникальный противовоспалительный препарат – ацетил­салициловая кислота (аспирин). Его производные до сих пор незаменимы для уменьшения болей в суставах, в то время как сам аспирин (через 50 лет после его открытия) стал самым эффективным препаратом для снижения риска кардиоваскулярных катастроф (инфаркт миокарда, инсульт) у пациентов с атеросклерозом. Таким образом, ревматология ещё до своего «рождения» обогатила медицину многими лекарствами и не собирается ­останавливаться на достигнутом.

– Правда ли, что противо­ревматические лекарства эффективны и при COVID‑19?

– Да, это правда, и я стал ещё больше гордиться тем, что я ревматолог, наверное, в последние несколько месяцев, когда разразилась эта ужасная пандемия. И многие мои коллеги-ревматологи думают так же, как я, и радуются, что их знания и опыт вносят очень большой вклад в борьбу за жизни многих людей, столкнувшихся с этой инфекцией.

Жизнь без инъекций

– Расскажите о лекарствах, которые могут совершить переворот в ревматологии.

– Прорывом не только в ревматологии, но и в медицине в целом стала разработка инновационных генно-инженерных биологических препаратов (ГИБП), представляющих собой «человеческие» белки-иммуноглобулины (так называемые моноклональные антитела), блокирующие активность медиаторов воспаления. Они открыли новую эру в лечении ревматоидного арт­рита и других ревматических заболеваний. Сначала эти препараты применялись в виде внутривенных инъекций, затем были разработаны их подкожные формы. Несмотря на то что глюкокортикоидные гормоны и другие противовоспалительные препараты (в первую очередь метотрексат) по-прежнему широко применяются в терапии ревматических заболеваний, применение ГИБП ознаменовало новый шаг вперёд в борьбе с воспалительными заболеваниями, и не только ревматическими.

– Такие лекарства эффективны для всех больных?

– К сожалению, нет. У многих пациентов сохраняются боли, прогрессируют нарушение функции суставов и патология других органов. Причина – и в позд­ней диагностике, и в тяжести самой болезни, и в психологических особенностях пациентов, демонстрирующих низкую приверженность к лечению. Играет роль даже лекарственная форма препаратов. Ведь в течение многих лет (а как правило, всю жизнь) проводить регулярные инъекции ГИБП тяжело и хлопотно (препараты требуют жёстких условий хранения и транспортировки). А без соответствующих навыков делать уколы ещё и небезопасно.

В частности, поэтому так важна разработка новых лекарств, обладающих мощным и, что самое главное, более универсальным действием на многие механизмы воспаления, чем ГИБП, которые блокируют лишь один из путей развития воспалительного процесса. К этим новым уникальным противовоспалительным препаратам в первую очередь относятся ингибиторы Янус-киназ, которые в отличие от ГИБП выпускаются в форме таблеток. Ревматологи всего мира не без оснований надеются, что эти препараты позволят добиться существенного прогресса в лечении не только ревматоидного артрита, но и других воспалительных заболеваний.

– Какую роль в лечении ревматоидного артрита играют психологи?

– Болезнь оказывает тяжёлое психоэмоциональное воздействие: постоянная боль приводит к хроническому стрессу, депрессии, тревоге, которые, в свою очередь, усиливают воспаление и боль, снижают приверженность к лечению, что существенно ухудшает жизненный прогноз. Разорвать этот замкнутый круг бывает чрезвычайно сложно. Поэтому не менее важную роль, чем лекарства, играет психо­логическая коррекция (в том числе с использованием специальных медикаментов). Но самое главное – это доверительные отношения между ­пациентом и врачом и психологическая поддержка со стороны близких, друзей, да и государства в целом.

Источник

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.