Какие бы страсти ни бушевали в стране и мире, этот Центр всегда нужен людям.

Я говорю о Центре матери и ребёнка. Полное название: Национальный медицинский исследовательский центр акушерства, гинекологии и перинатологии имени академика В. И. Кулакова. Директором которого является академик Геннадий Сухих.

Ансамбль внутри нас

Владимир Губарев: Геннадий Тихонович, вы вышли в лидеры среди разных отраслей науки, не только медицинских. Как это произошло?

Геннадий Сухих: Сейчас популярен термин «природоподобные технологии». Его предложил президент Курчатовского центра М. В. Ковальчук. Можно соглашаться с таким определением или нет, но суть его глубока. Мы «подсматриваем» за природой, следим за эволюцией, пытаемся выведать её тонкости. Потому что существует множество загадок в появлении на свет нас с вами, и учёные пытаются их разгадать.

ХХ век – век прогресса! Это две мировые войны, это великие достижения в области атомной энергии и в космосе. Но всё это отходит на второй план по сравнению с проблемами живого. Да, перед нами распахнулась Вселенная со своими миллиардами звёзд и галактик, и мы, человечество, проникли в неё достаточно глубоко…

– Выход в космос расширил наши представления о Вселенной в миллион раз. Но подобное происходило и в познании клетки. Разве не так?

– Вы правы. Удивительно, что наши знания о мирах, далёких от нас, глубже, филиграннее и шире, чем о тех, что внутри и вокруг нас. Да, мы знаем многое о клетке, исследовали её функции, сигнальные пути, взаимодействие молекул, но по-прежнему не можем ответить на вопрос: что же такое жизнь? Да, мы аплодируем великим учёным, которые многое познали в биологии, генетике, медицине, но все мы ещё в самом начале пути. Мир, заключённый в нас, намного сложнее, интереснее и загадочнее, чем мир галактик!

Ведь клетка – это целая галактика. В ней есть свои «заводы» по производству белка с автоматизированными линиями, есть и «атомные электростанции», и гигантские «предприятия по сжиганию мусора». Как это мощно, автономно, прекрасно устроено. И ведь это и есть жизнь! И кто ты в ней? Невольно об этом задумываешься… Ты – это 246 различных типов клеток. Грандиозный клеточный ансамбль!

– И надо, чтобы он играл слаженно, не фальшивил, не давал сбоев, не так ли? Этому вы посвятили свою жизнь.

– Да. Сначала институт, а потом увлечение хирургией. Однако иммунология, генетика и клеточные технологии настолько стремительно развивались, что быть в стороне от этой области науки я не мог.

Первые по пробиркам

25 июля 1978 г. на свет появилась Луиза Браун – первая «девочка из пробирки». Общественность бушевала, но новый метод рождения детей начал развиваться практически во всех странах. В СССР впервые это удалось в Центре матери и ребёнка, который незадолго до этого возглавил В. И. Кулаков. Именно он 7 февраля 1986 г. держал в руках малышку Алёну – первую нашу «девочку из пробирки». Сегодня таких детей в мире более 6 млн!

– По этому поводу дискуссий уже нет? – спрашиваю у академика Сухих.

– Да, спорить уже не о чем… У нас появилось более 25 тыс. детей «из пробирки».

Сейчас мы выполняем в год по 5000 гиперстимуляций, а ещё мы причастны к лечению тяжелейших форм бесплодия. Как у женщин, так и у мужчин.

– Мужчин?..

– Да, эволюция о нас с вами плохо заботилась.

В яйцеклетку, во внешней оболочке которой лазер делает отверстие, при помощи микропипетки внедряется всего один сперматозоид. Начинается объединение двух геномов – и происходит зарождение новой жизни. Разве это не фантастика?! Мне кажется, это такое же событие, как рождение Вселенной, когда из одной точки рождается сразу миллиард галактик, солнечных систем и планет. При оплодотворении происходит безумное количество ярчайших биологических событий, которые не могут не поражать даже самое богатое воображение. Причём события тончайшие, сложнейшие происходят только в первые дни зарождения жизни, потом их уже не будет в таком количестве и с таким гениальным творчеством. Как это описать? Как представить?!

– Красиво и убедительно! Но наука всё-таки проникает и в эту область – я имею в виду геном человека.

– Когда шла расшифровка генома человека, то я, как и многие другие, ожидал, что медицина станет совсем другой. Но потом пришло разочарование. Геном – это том с тысячами страниц (некоторые исследователи утверждают, что сто томов)! Ты читаешь эту книгу живого, перелистываешь её страницы, а текст не понимаешь. Не понимаешь, где находятся те абзацы, которые должны рассказывать о каких-то нарушениях. Сейчас весь научный мир пытается познать язык этой великой книги, научиться читать её, заполняя смыслом отдельные параграфы. Более того, если геном «правильный» (название условное), если нет в нём явных ошибок, которые бросаются в глаза и о которых мы знаем, то, может, «считывается» он природой неправильно, то это и есть проявление эпигенетики.

– Проще говоря, влияние окружающей среды и прочих факторов на геном?

– Да, это так. Однако если на одну сторону весов положить их, а на другую наши эмоции – стрессы, потери близких, психологические напряжения, неудачи и так далее, – то явно перевесит вторая часть.

Ошибка или предвидение?

В жизни настоящего учёного обязательно должны быть «чёрные дни». Кажется, Альберт Эйнштейн однажды заметил, что, не будь у него ошибок, не случились бы и достижения. Не избежал их и академик Сухих.

– Что вас особенно закалило?

– В марте 1994 г. мы начали впервые применять стволовые клетки для лечения детей с болезнью Дауна. Они были успешными. К нам приехала одна американская телекомпания. Якобы для того, чтобы рассказать о наших работах. А на самом деле нас обвинили в том, что мы проводили эксперименты над людьми. Начались массовые проверки. О стволовых клетках написаны уже тома книг и статей. Большинство из них принадлежит журналистам, писателям, политикам, то есть людям, весьма далёким от медицины. Объясняется это просто: речь идёт о проблемах, которые волнуют человека многие тысячелетия. Это онкология и старение организма. Желание не стареть, а при возможности и вернуться в прошлое лет на десять – заветная мечта каждого, кто в полной мере ощутил приближение старости с её немощностью и болезнями.

И вдруг открытие – стволовые клетки, возможно, смогут приблизить нас к этой мечте!

Пока учёные – медики и био­логи – вели исследования, проверяли, насколько эффективным может быть использование этих необычных клеток, в Европе и Америке да, к сожалению, и в России появились всевозможные фирмы, которые начали использовать стволовые клетки не только в области косметологии. Так проявились первые черты «стволового бизнеса».

И уже трудно было разобрать, кто и где занимается научными исследованиями, а где начинается лженаука. Но несомненно одно: изучение стволовых клеток – одна из интереснейших областей медицины. А мой собеседник – один из родо­начальников этой отрасли науки.

«Чужая» мать

– Занимается ли ваш центр таким «модным» направлением, как суррогатное материнство?

– К величайшему сожалению, суррогатное материнство нередко становится бизнесом. В Китае, к примеру, суррогатное материнство запрещено, а потому оттуда многие семьи приезжают в нашу страну, пытаясь реализовать свою репродуктивную функцию. Вот здесь и создаются некие предпосылки «грязного бизнеса». Мы – государственная организация и осуществляем этот метод борьбы с бесплодием на федеративном и официальном уровне. Но это всего 20% такого материнства, а 80% – это частный бизнес.

– А может быть, обойтись без суррогатного материнства, коль вреда от него больше, чем пользы?

– Каждый «такой» ребёнок для семьи – великое счастье. Просто нужен объективный и государственный контрол­ь. В ближайшем будущем для этого достаточно будет иметь в стране 6–8 центров, а мы готовы курировать их работу.

– Мне кажется, женщины сейчас совершают большую ошибку – первенца они рожают под 30 лет. Это правильно?

– Ни в коем случае! Но мы вынуждены это принимать. Да, изменилось время, но не биологическая основа жизни. Самка слона или кита сохраняет репродукционные функции в 65+, а девушки теряют эту надежду в 40 лет. Причём без всяких там плюсов. За это ответственна эволюция. Слонёнок родился, встал на ноги, немного пошатался – и уже готов идти по саванне. А ребёнку нужны годы, чтобы стать самостоятельным. Однако времена изменились. И появилась так называемая программа «отсроченного материнства». В нашем центре есть банк, где хранятся яйцеклетки. Поэтому женщина и в 40 лет сможет иметь своего генетического ребёнка…

– Но выносить своего ребёнка в 40 лет или в 20 большая разница!

– Повторяю, изменились времена. А вместе с ними пришла инновационная и персонализированная медицина. Учёные и врачи стараются сделать всё, чтобы количество маленьких граждан нашей страны постоянно увеличивалось. Так что таким мамам на помощь придёт наука.

Источник